You are here: Home > Психология человека > «Чудесные исцеления» и лечебная сила слова. Часть 2

«Чудесные исцеления» и лечебная сила слова. Часть 2

Интересный пример приводит в книге «Свидетель колдовства» Гарри Райт. В современном, но нецивилизован­ном племени свершилось преступление. Виновника оты­скать не удалось, хотя и было ясно, что это кто-то свой. Тогда шаманка собрала людей, на виду у всех сварила какое-то зелье и заявила, что сейчас его будут пить все, но умрет от него только преступник. Она выпила первую чашу, за ней выпили отвар остальные. Из всего племени погиб только один человек — тот, кто совершил преступ­ление. В этом случае, безусловно, имело место примене­ние какого-то не очень ядовитого вещества, сила которого была увеличена внушением авторитетного лица.

Возможность производить внушение наяву использу­ется и при лечении больных.

Однажды ко мне в клинику привели девочку, которая перестала видеть после того, как в школе ей разбили очки прямо на лице. Она испугалась, решила, что стекла попали в глаза и теперь она слепая. Девочка довольно свободно передвигалась по комнате, не наталкиваясь ни на мебель, ни на людей, но на вопрос, видит ли что-ни­будь, отвечала отрицательно. Я показал ей ковер на стене и спросил, что там изображено. Она ответила, что не ви­дит. Тогда я подвел ее вплотную к ковру и показал на вышитую, на нем Красную Шапочку. Девочка узнала ее. После этого я попросил ее показать остальных героев сказки, изображенных на ковре, и опять она ответила, что не видит.

Я объяснил девочке, что так не может быть, чтобы глаза видели Красную Шапочку, но не видели Волка. Рассказал, что «нарушение» зрения у нее произошло от испуга, глаза ее не пострадали, и она отлично все видит. Сегодня пусть она спокойно ложится спать, а завтра утром проснется совершенно здоровой, пойдет в школу и будет отлично читать и писать. Девочка «исцелилась» даже без гипнотического вмешательства. Внушения на­яву оказалось вполне достаточно.

Давно известна возможность бороться с болью при по­мощи самовнушения. Около 2 тыс. лет тому назад воспи­татель императора Нерона философ и писатель Сенека советовал: «Берегись усиливать свои боли и ухудшать свое положение жалобами. Боль легко перенести, если не увеличивать ее мыслью о ней, наоборот, ободрять себя, го­воря: «Это ничего, или, по крайней мере,— это не беда, нужно уметь терпеть. Это скоро пройдет». Тогда боль ста­новится легкой постольку, поскольку человек себя в этом уверит».

«Боль — есть живое представление о боли: сделай уси­лие воли, чтоб изменить это представление, откинь его, перестань жаловаться, и боль исчезнет»,— говорил Марк Аврелий. Его слова подтверждаются существованием, так называемых фантомных болей, когда человек испытывает боль в отсутствующей конечности. Этот факт свидетель­ствует, что боль формируется в мозге. Отсюда становит­ся понятным, почему, воздействуя на психику, можно избавиться от болевых ощущений.

Человеческие горести бывают двух видов: возникаю­щие по объективным причинам, в силу сложившихся обстоятельств, и созданные нами самими, то есть обыденные события, истолкованные нами как несчастье. Герой ро­мана Льва Толстого «Война и мир» Пьер Безухов, по­пав в плен и испытывая истинные страдания, душевные и физические, вспоминал, что точно так же страдал в былые годы…, если оказывалась тесной обувь.

В жизни всегда можно найти пример, когда другому было хуже, чем вам, и тот другой неизбежное переносил, не теряя самообладания. Вспомните:  Георгий  Саакадзе и Богдан Хмельницкий оставляли своих сыновей залож­никами у врагов.

Итальянский мыслитель Кампанелла, на протяжении почти 30 лет находившийся в тюрьме и подвергавшийся жесточайшим пыткам, четыре раза по памяти переписы­вал свою оптимистическую, хотя и утопическую, книгу «Город солнца». Михаил Васильевич Фрунзе, дважды приговаривавшийся к смертной казни, в ожидании ее из­учал английский язык. Николай Гаврилович Чернышев­ский, заключенный в Петропавловскую крепость, в тюрь­ме писал роман «Что делать?».

Из всего можно сделать трагедию для себя. Например, один человек, отмечая свое шестидесятилетие, оплакивает свою, как он считает, оконченную жизнь. С этого дня все для него становится прошлым, и если, к тому же, он ухо­дит на пенсию,— будущее превращается в ожидание смер­ти. А вот другой, бывший спортсмен, в день такого юби­лея совершает заплыв на 60 км, чтобы доказать, что ни здоровье, ни силы не покинули его.

Видный советский биолог и гистолог, действительный член Академии медицинских наук, лауреат Государствен­ной премии Ольга Борисовна Лепешинская лишь в 44 го­да окончила медицинский институт. Николай Озолин в 44 года в двенадцатый раз стал чемпионом СССР по прыжкам с шестом. Известный пушкиновед Арнольд Ильич Гессен свою первую книгу о Пушкине написал на 84-м году жизни.

Это ли не примеры активного долголетия? А Иван Пет­рович Павлов, который в возрасте 86 лет руководил Все­мирным конгрессом физиологов, а Лев Николаевич Тол­стой, который в 75 лет ездил верхом и на велосипеде?

Продолжение:  «Чудесные исцеления» и лечебная сила слова.

One Response to “«Чудесные исцеления» и лечебная сила слова. Часть 2”

Leave a Reply